topmenu

 

Пиотровский Б. Б. Археология Закавказья с древнейших времен до I тысячелетия до н.э. - Культура периода освоения железа

<უკან დაბრუნება

Лекция четырнадцатая.

Культура периода освоения железа (Вторая четверть I тысячелетия до н.э.)

В конце VII в. до н.э. в культуре Закавказья выступает целый ряд новых элементов, свидетельствующих о существенных переменах, в корне изменивший весь общественный уклад; именно в это время завершается определенный период древнейшей истории Закавказья, представленный богатыми и весьма своеобразными памятниками, характеризующими культуру начала I тысячелетия до н.э. В материальном производстве этого времени наблюдается быстрое освоение железа как основного материала для орудий и оружия и замена прежних бронзовых изделий железными. В предыдущих лекциях был рассмотрен ряд отдельных, территориально ограниченных культур, связанных с определенными меднорудными районами, обеспечивавших развитие техники, в частности металлургии бронзы. Эти же условия горных районов содействовали и развитию полукочевого скотоводства, так как пастбища в горах давали неограниченные для того времени возможности скотоводства. В первой четверти I тысячелетия до н.э. территориально ограниченное развитие культуры закавказских горных племен постепенно затухает, и горные районы перестали быть ведущими. Включение южных областей Закавказья в состав Ванского царства тесным образом связало весь Кавказ с древневосточными государствами Передней Азии. Влияние культуры древнего Востока распространилось не только на покоренные урартами страны, но и на другие области Закавказья. Развившийся к этому времени широкий междуобщинный обмен делал ненужным непосредственную связь металлургии с меднорудными районами. Казавшееся неограниченным развитие скотоводства на горных пастбищах оказывается уже недостаточным, и скотоводство переходит в степи. Ведущими районами в Закавказье постепенно становятся степные районы и долины рек, именно там открыты наиболее яркие памятники культуры второй четверти I тысячелетия до н.э. Образуются крупные союзы племен, уровень культуры которых теперь нивелируется вследствие тесных связей. Именно это обстоятельство нередко приводит к ложному представлению об общем упадке культуры Закавказья, основанном на сравнении высококачественных предметов "бронзового века" из знаменитых могильников Кубанского, Самтавро, Ворнака (Акнер) и других с обнаруженными в тех же могильниках предметами "железного века". Обширные территории в начале второй четверти I тысячелетия до н.э. оказываются населенными племенами, стоящими на одинаковой ступени общественного и культурного развития и имеющими общие формы предметов материальной культуры. Этот процесс, наблюдаемый как в Закавказье, так и на Северном Кавказе, создает предпосылки для срастания племен, входивших в союзы, в нечто целое, предпосылки для образования народов, связанных общим языком и общей культурой. Закавказье стало переживать новую стадию развития общества, которую Н. Я. Марр называл "скифской". Стадиальная общность культур Закавказья и Северного Кавказа обеспечила реальные связи скифов Северного Кавказа с закавказскими племенами. В культуре Закавказья VII-VI вв. до н. э. отчетливо наблюдаются три элемента: местный закавказский, явившийся наследием культуры эпохи бронзы, древневосточный и скифский. Как было указано, в это время железо уже прочно вошло в быт племен Закавказья и наряду с медными месторождениями в Закавказье начинают разрабатываться, обычно им сопутствующие, месторождения железа. Археологический материал вместе с тем отчетливо показывает, что формы ранних железных изделий в Закавказье теснейшими образом связаны с урартскими. Связь начального этапа обработки железа на Кавказе с Ванским царством не подлежит сомнению, в этом нас особенно убеждают сравнения железных изделий из Тушпы (Топрах-кале) и из Тейшебаини (Кармир-блур) с таковыми же, происходящими из закавказских могильников. Бронзовые изделия Закавказья имеют самобытные, на Кавказе развившиеся формы, а железные копируют урартские, если не являются привезенными из Ванского царства. Изготовление из железа орудий типа бронзовых закавказских относится к более позднему времени, преимущественно к тому, когда уже на базе собственных месторождений железа в Закавказье развилась железная металлургия.

Табл. 10. Железные предметы из раскопок урартской крепости на холме Кармир-блур, близ Еревана (Материалы Кармирблурской археологической экспедиции Академии Наук Армянской ССР и Государственного Эрмитажа).

Археологический материал показывает, что ранние железные предметы поступали в Закавказье из Урарту или же Ирана и лишь позже, когда железо быстро и широко вошло в быт закавказских племен, когда оно стало интенсивно разрабатываться, бронзовая металлургия должна была уступить свое место железной. Предположение о том, что железная металлургия Закавказья возникла на основе бронзовой, как закономерная форма ее развития, не может быть обосновано археологическим материалом. Во-первых, обработка железной руды и изготовление железных предметов требуют совершенно иных технических процессов, а, во-вторых, ранние, несовершенные еще железные предметы должны были по качеству значительно уступать высококачественным бронзовым. Переход в Закавказье от бронзы к железу произошел, таким образом, под влиянием культуры Передней Азии, и ранние железные предметы - наконечники копий и кинжалы, - вероятно, являлись импортными с юга. Археологические памятники, характеризующие отмеченный этап истории культуры, известны из многих мест Закавказья. Большое количество могил VII-VI вв. до н. э. было раскопано Ж. де-Морганом в ущелье р.Дебед, Е.А.Лалаяном в Севанском районе и экспедицией Академии наук Азербайджанской ССР в Мингечауре. Но особый интерес для установления соотношения этих памятников с памятниками бронзового века представляют погребения указанного времени, открытые при исследовании больших и долго существовавших могильников (Самтавро, Ворнак, Мингечаур). Следует заметить, что памятники времени начального освоения железа очень близки к памятникам бронзового века, отличаясь от них лишь присутствием железных предметов. Поэтому в предыдущих лекциях при характеристике закавказской культуры эпохи бронзы я часто пользовался материалами, например, изображениями на бронзовых поясах, которые по-существу относятся уже к раннему периоду освоения железа. В настоящей лекции я рассматриваю памятники уже развитого железного века, конца VII и VI вв. до н.э., датируемых, с одной стороны, изделиями урартского типа, а с другой, - скифскими предметами. Остановимся сначала на материале из раскопок Ж.де-Моргана 1888 г. по р. Дебед, исследовавших 976 погребений. Материал из своих раскопок Морган разделил на три разновременные группы, датируя их VIII-VI вв. до н.э., причем во всех из них встречались уже железные предметы. Наибольший количественно материал дали могилы второй группы, который нам и надлежит рассмотреть. В могильнике у сел. Айрум (Шайтан-даг) было вскрыто 138 погребений обеих групп. Вторая из них, характеризующаяся большим количеством железных предметов, датируется бронзовым двуперым наконечником стрелы архаического скифского типа, имеющим на втулке загнутый шип. Некоторые предметы из Шайтан-дага - железные изогнутые ножи и крупные наконечники копий, бронзовая фибула с плоской дужкой и характерные кувшины, украшенные лощением и ручками с вдавленным вертикально расположённым узором- находят себе полные аналогии в материале из Кармир-блура, что устанавливает прочную их датировку. Подобные же могильники были раскопаны Морганом в Ахтале и у Аллаверды (Учкилиса у подножья горы Лелвар и в Мусиери в 3 км к северу от Аллаверды). Наибольшее количество погребений было раскопано в Мусиери (582 могилы), и именно они дали особенно интересный материал. Кроме упомянутых уже выше предметов железного вооружения, кривых ножей и наконечников копий в Мусиери обнаружены железные кинжалы, иногда с бронзовыми обкладками ножен, украшенными орнаментом, топоры-секиры и в одном случае большой железный меч (могила №472). Могилы представляли собой каменные ящики, сложенные из крупных плит или же мелких камней; с костями, помещенными в скорченном положении на левом боку, головою на север. Приведу описание предметов из могилы №242. На шее костяка обнаружены две бронзовые гривны, на руках по четыре бронзовых браслета, у пояса две розетки из листовой бронзы и железный нож изогнутой формы. У колен бронзовая фибула и 15 бус из сердолика и стекла. Около ног скелета лежали 8 наконечников стрел разнообразной формы из бронзы и железа. Среди них имелись наконечники ранне-скифского типа (начало VI в. до н. э.). В северо-западном углу каменного ящика лежали два железных наконечника копий. В могиле были помещены четыре глиняных сосуда, два у северной стенки и два у южной. Погребения такого же типа дали и раскопки Ворнакского могильника (у сел. Акнер), между Санаином и Ахпатом, произведенные А.Д.Ерицовым (1871), Н.Я.Марром (1893) и Е.С.Такайшвили (1894). Могильник находится на высоком плато правого берега р. Дебед. С севера плато ограничено крутым берегом реки, а с востока и запада оврагами. У южной его стороны, по-видимому, находилось древнее поселение. В 1936 г. на возвышенности к югу от могильного поля была обнаружена стена, сложенная из грубо обработанных камней, которая была разобрана местными жителями для строительных надобностей. К сожалению, поселения этого времени нам не известны, но можно думать, что они представляли собою укрепленные поселения-крепости, связанные с "циклопическими" крепостями эпохи бронзы. Раскопки Е.С.Такайшвили дали, как уже указывалось, две могилы (№№16 и 5), характеризующие два различных этапа культуры железного века Закавказья. Первая из них была разобрана при обзоре памятников эпохи бронзы, теперь же нам следует остановиться на находках из каменного ящика №5. В нем найдены следующие бронзовые предметы: гривна, браслет, украшенный на концах змеиными головками, два массивных кольца, четырехгранных в сечении, небольшая бронзовая фибула с выгнутой дужкой и щипчики, украшенные выдавленным точечным узором. Оружие в этой могиле оказалось железным: кинжал в ножнах из листовой бронзы, украшенных так же, как и щипчики, рисунками из точек (перекрещенные круги, мужская фигура с поднятыми вверх руками между двумя свастиками), второй железный кинжал в бронзовых ножнах, украшенных продольными желобками, наконечник копья и изогнутый железный нож с деревянной рукояткой. Из перечисленных вещей с урартским материалом связываются: браслет со змеиными головками (Урартский могильник у Игдыра и др.), бронзовая фибула (Кармир-блур, Цовинар), железный наконечник копья и изогнутый железный нож (Кармир-блур). Подобный же материал, связанный, с одной стороны, со скифами, а с другой- с урартами, дает нам и знаменитый Самтаврский могильник у Мцхета. Там, еще во время раскопок Ф. Байерна, в могиле № 592 был найден бронзовый наконечник стрелы архаического скифского типа. Археологические работы, возобновленные в Самтавро (раскопки А.Н.Каландадзе и М.М.Иващенко, 1938-1948 гг.) дали новый, весьма ценный материал. Среди разновременных могил этого кладбища теперь отчетливо выделяется группа, относящаяся к VI в. до н.э., датировка которой определяется опять-таки бронзовыми наконечниками стрел скифского типа. Могилы эти содержат по одному костяку в скорченном положении, на правом боку, головою на восток. Около ног помещались крупные кувшины, а у головы - чаши. Найдено также большое количество бронзовых и железных предметов. Особенно характерны железные предметы - типичные скифские акинаки, секиры с несколько отвислым лезвием, крупные наконечники копий и изогнутые ножи урартского типа. В двух погребениях вместе с указанными железными предметами были найдены бронзовые скифские наконечники стрел, двуперые с загнутым шипом на втулке и ромбические трехгранные (первая четверть VI в. до н. э.). В одной могиле (№ 194, 1940 г.) таких наконечников стрел оказалось 5 штук, а в другой (№ 27, 1939 г.) - 20 штук. Могильники скифского времени известны и в других районах Грузинской ССР. В западной Грузии, у сел. Двани С. И. Макалатия исследовал могильник, давший подобные предметы: железные скифские акинаки, наконечники стрел, закавказского типа фибулы и железные изогнутые ножи. В одном из погребений вместе с человеком был похоронен конь. Могильник в Двани дал богатый набор высококачественной керамики, представленной, главным образом, черными лощеными кувшинами, часто с узором, также наведенным лощением. В 1924 г. у сел.Цицамури, Мцхетского района, было открыто погребение, примерно относящееся к этому же времени. В групповой могиле рядом со скелетом человека, лежащим в скорченном положении, на правом боку, находился костяк коня с железными удилами. В могиле найдены: железный акинак, бронзовые браслеты и булавки, а также четыре наконечника стрел, один железный, один костяной и два бронзовых. В Триалети, у сел.Бешташени были открыты аналогичные могилы, которые Б.А.Куфтин относит к мидо-персидской и ранне-ахеменидской эпохам. И здесь встречаем знакомый набор железных предметов: наконечники копий, изогнутые серповидные ножи с деревянной рукояткой и топор-секиру, а также бронзовый трехгранный наконечник стрелы скифского типа. В Севанском районе интересные материалы примерно этого же времени дали раскопки Е.А.Лалаяна одной из групп курганов у сел.Загалу. Эти небольшие курганы перекрывали могилы, сложенные из неотесанных камней, содержавшие одиночные или коллективные захоронения. Так, курган №4, по-видимому, являлся семейным: в нем было обнаружено три костяка - мужской, женский и детский, при первом были найдены - железный меч, бронзовый наконечник посоха (?) и железный браслет.

Курган №25 содержал шесть костяков - мужчины, женщины, ребенка и трех сопровождающих лиц. Мужчина лежал на левом боку, женщина на правом, ребенок между ними, а сопровождающие захоронения были представлены погребениями в сидячем положении. При основном и при сопровождающих его погребениях были найдены железные кинжалы и железный меч. В восточном Закавказье погребения VII-VI вв. были исследованы в большом количестве в Шамхорском районе (раскопки В.Белька и А.А.Ивановского), где некоторые погребения, на основании находки скифских наконечников стрел в одном каменном ящике (№48) у Кедабека, можно датировать даже IV в. до н.э. Особенно интересные погребения скифского времени дали раскопки в Мингечауре. К ним относятся погребения в ямах со скелетами в вытянутом положении. Обращают на себя внимание крупные размеры костяков от 160 до 185 см, а в четырех случаях рост погребенных достигал 195-205 см. Такой высокий рост невольно сопоставляется с лингвистическими данными, связанными с племенным названием скифов. Так, армянский термин ска (хска) "исполин, "великан" уже давно сопоставлялся с племенным названием скифов-саков, а грузинский термин гимир "герой" - с киммерами. В минчегаурских групповых погребениях были найдены скифские предметы, как, например, круглые бронзовые зеркала с ручками, украшенными фигурками животных, или бронзовые браслеты с концами в виде оскаленных головок хищников с длинными ушами, а также большое количество скифских наконечников стрел. Эти наконечники встречались группами, иногда более 40 штук. Формы их разнообразны, кроме двуперых, снабженных согнутым шипом, встречаются трехгранные, отличающиеся друг от друга размерами и формами граней. Наряду с бронзовыми наконечниками имеются также костяные. Особый интерес представляют железные предметы из этих погребений, очень крупные наконечники копий и небольшие изогнутые ножи. Железные предметы из Мингечаура несколько отличаются от подобных же из центрального Закавказья и можно предположить, что в район Мингечаура железо проникало другим путем, а именно, из Ирана. Могильник, расположенный в Сиалке, около Кашана, одновременный закавказским могильникам периода поздней бронзы, дает много аналогий металлическим изделиям восточного Закавказья. Из датирующего материала в этих могилах имеются бронзовые чаши-фиалы, изделия из египетской пасты (амулет в форме глаза) и сердоликовые (сардеровые) бусы, отмечающие также связи Мингечаурского скифского могильника с древневосточной культурой Передней Азии. Рассмотренный нами археологический материал VII-VI вв. до н.э. тесно связан с предшествующей ему культурой бронзы, но вместе с тем он носит весьма отчетливые признаки, указывающие на определенные влияния соседних культур, урартской и скифской.

Литература

Ивановский А.А. По Закавказью. Мат. по археолог. Кавказа VI, 1911.

Ионе Г.И. Археологические раскопки в Мингечауре. Докл. Акад. наук Азерб. ССР, II, 1946, №9.

Куфтин Б.А. Археологические раскопки в Триалети, I, стр. 41- 50, 1941.

Куфтин Б.А. Урартский "колумбарий" у подошвы Арарата. Вестн. Гос. Музея Грузии, ХIII-В, 1943.

Макалатия С. И. Археологические раскопки в Двани. Сов. археология, XI, 1948.

Morgan J., de. Mission scientifique au Caucase. 1889.